Трансформация городской среды Москвы 1992-2010 годов: эволюция и лицо лужковского стиля

Общее понимание и характерные особенности лужковского стиля

В российской архитектурной критике для описания специфики московских зданий, построенных в период руководства столицей Ю.М. Лужковым (1992-2010 гг.), закрепился термин лужковский стиль. Параллельно используются обозначения «московский стиль» и лужковская архитектура. Такой архитектурный подход формировался на стыке историзма, эклектики и тенденций постмодерна. В отдельных постройках можно заметить элементы, заимствованные из более ранних направлений — рококо и модерна, встречаются аллюзии на архитектуру сталинского ампира, а также включения мотивов хай-тека.

Заметной отличительной характеристикой является изобилие декоративных форм — башенки, балясины, псевдоисторические элементы, а также применение недорогих современных материалов, имитирующих классические решения. Эстетику лужковской архитектуры во многом формировала административно-командная система принятия проектных решений, что фактически приводило к снижению доли личной ответственности проектировщиков за конечный эстетический результат. Новый архитектурный язык Москвы был призван выйти за пределы устаревших советских стереотипов, что выразилось в распространении концепции «ретроразвития» — творческого обращения к прошлым эпохам, их переосмыслению и интеграции традиционных форм в контекст современности.

Явления лужковского стиля фиксировались не только на территории российской столицы, но и в ряде иных городов страны. Так, профессор В.И. Глазычев (МАРХИ) отмечал идентичные принципы градостроительного развития при редевелопменте Казани в преддверии празднования тысячелетия, когда историческая застройка ликвидировалась ради возведения новых масштабных объектов. В свою очередь, профессор Н.Н. Кудряшов усматривал в новых архитектурных проектах Ярославля признаки «провинциального постмодерна» с определённым подражанием московским стилям указанного периода.

Яркими примерами лужковской архитектуры считаются несколько московских объектов: торгово-развлекательный комплекс «Наутилус» на Лубянке (архитектор А.Р. Воронцов), фонтан «Пушкин и Натали» на Никитских воротах, офисное здание «Самсунг» на Большой Якиманке, а также архитектурный эксперимент «Дом-яйцо» на улице Машкова.

Персоны и профессиональная оценка архитектурного явления

Среди архитекторов, работавших в ключе лужковского стиля, исследователи выделяют руководителя ГУП Моспроект-2 М.М. Посохина и его коллегу В.И. Колосницына. К выдающимся представителям также относят архитекторов С.Б. Ткаченко и Д.Б. Бархина. В искусстве эпохи концепцию этого стиля воплощали такие авторы, как скульптор З.К. Церетели и живописец И.С. Глазунов. К числу исследователей, уделивших анализу лужковской архитектуры серьёзное внимание, относятся Г.И. Ревзин, Н.С. Малинин и В.З. Паперный.

Архитектурный критик Г.И. Ревзин подчеркивал, что лужковский стиль временами выполнял функцию своеобразного столичного «государственного» дизайна в противовес сдержанному образу московской архитектуры позднесоветской эпохи. Стратегия Ю.М. Лужкова в глазах Ревзина сводилась к формированию Москвы как города-праздника — яркого, нарядного, «сказочного». С его мнением полемизирует историк архитектуры А.А. Клименко, относивший финал XX века к эре «целиком господствующей пошлости и безвкусицы». Представитель профессионального сообщества, вице-президент Союза архитекторов Москвы Е.В. Асс, указывал на чрезмерную демонизацию обсуждаемого архитектурного периода, призывая к более взвешенным оценкам.

Характеристика и анализ ключевых объектов лужковской архитектуры

Одним из главных символов лужковского стиля стал ТЦ «Наутилус», построенный на Лубянской площади (1999) по проекту архитектора А. Воронцова. Это шестиэтажное сооружение было подвергнуто резкой критике практически сразу после открытия — несмотря на высокое положение архитектора, «Наутилус» диссонировал с исторической застройкой округа. Центр выделяется массивным «капитанским мостиком», сложной металлоконструкцией на крупных болтах и своеобразной башней-эркером. Критик Г. Ревзин считал это здание вызывающим и противоречащим духу Лубянки, подчеркивая эффект иронии над классическим обликом Москвы.

Не менее известен «Дом-яйцо» в Басманном районе. Этот объект замышлялся в 1998 году как родильный дом по заказу Московской патриархии. Реализация проекта оказалась затруднительной из-за расположения в зоне исторической застройки — разрешение городских властей получено не было, и работа велась в обход согласований. Анализируя финальный результат, Г. Ревзин отмечал, что исходная задумка, отсылающая к яйцу Фаберже, утратила утонченность, получив чрезмерную монументальность, схожую с «барокко по-русски» — так критик охарактеризовал конечную декоративную массу формы.

Для жителей предусмотрен паркинг с подъёмником, все инженерные коммуникации интегрированы в системы расположенного по соседству восьмиэтажного корпуса.