Деконструктивизм: архитектура на грани хаоса и гармонии

Исторические и культурные предпосылки

Эпоха постмодернизма, начавшаяся во второй половине XX века, ознаменовалась возвращением интереса к стилистическому наследию прошлого. Однако, в отличие от историзма XIX столетия, постмодернизм не ставил целью точное воссоздание ушедших стилей. Вместо этого он предложил их творческое переосмысление в контексте современной культуры и технологий. Элементы готики, барокко или классицизма могли появляться в новейших архитектурных формах, выполненные из стекла и бетона, и служить скорее ироничной цитатой, чем прямой имитацией. Параллельно развивались и направления, близкие к абстрактному искусству, которые оперировали сложными ассоциациями. Одним из самых ярких и провокационных стал деконструктивизм. Его сложная и вызывающая эстетика послужила отражением многочисленных проблем и противоречий современной городской цивилизации.

Фундаментальные особенности и философия стиля

Его появлению способствовал ряд факторов: революционные научные открытия XX века, кардинально изменившие картину мира, и изобретение инновационных строительных материалов и технологий. Особое влияние на пластические концепции оказали идеи русского конструктивизма начала XX века, но, в отличие от своих предшественников, деконструктивисты использовали их для создания ощущения нестабильности и разрушения, а не для утверждения рационального порядка.

Этот стиль можно охарактеризовать как «не такой, как все». Его визуальное восприятие усложнено обилием изломанных линий, накладывающихся друг на друга объемов и нарочито нелогичных конструкций. По своей сути, деконструктивизм выступает скорее отрицанием традиционной архитектуры, чем ее развитием. Он отталкивается от идей постмодернизма и конструктивизма, но выворачивает их наизнанку. Главными движущими силами стиля становятся динамика, фрагментарность и подчеркнутая индивидуальность каждого проекта.

Последователи этого течения сознательно отвергают фундаментальные законы зодчества. Они игнорируют классические принципы тектоники (визуальной логики работы конструкции), предпочитая рациональному расчету интуитивное начало. Во многих сооружениях заложен внутренний конфликт, который проявляется как в самой структуре здания, так и в его взаимоотношениях с окружающей застройкой. Эти объекты не стремятся вписаться в среду — они вторгаются в нее, нарушая привычную гармонию.

Такие здания призваны выражать напряженные ритмы современного общества и сложные, многоуровневые связи внутри него. Деконструктивизм, в полном соответствии со своим названием, избегает прямых углов, симметрии и целостной, предсказуемой картины мира. Он предлагает зрителю не готовый ответ, а сложный вопрос.

Именно поэтому архитектура стиля представлена странными, парадоксальными объектами. Зачастую они кажутся лишенными функциональной целесообразности и логического обоснования, хотя на самом деле за их хаотичным фасадом скрывается точнейший инженерный расчет. Процесс проектирования в этом стиле — чрезвычайно сложная задача. Здесь невозможно использовать типовые решения, поскольку каждое здание уникально и создается с нуля.

Для зданий в стиле деконструктивизм характерны следующие черты:

• Визуально смещенный центр тяжести, создающий иллюзию неустойчивости.
• Искривленные и наклоненные основные опорные конструкции.
• Окна, расположенные в самых неожиданных местах или полностью отсутствующие.

Зодчие, работающие в этом направлении, создают свой особый язык, складывая свои творения в причудливые, сложно воспринимаемые формы. Многие из них являются серьезными теоретиками и авторами философских трудов. Так, по мнению одного из идеологов стиля Питера Айзенмана, архитектурные сооружения не должны быть слугами человека — они обладают собственной, независимой жизнью. Сложность форм делает деконструктивизм в интерьере жилых пространств редким явлением, он чаще применяется в общественных зданиях.

Мастера деконструктивизма и их знаковые проекты

Фрэнк Гери

Работы этого американо-канадского архитектора часто называют прихотью воображения, а его самого — «анти-архитектором». В 1970–1980-е годы Гери прославился малобюджетными проектами с применением «вторичных» материалов: профнастила, сетки-рабицы, необработанной фанеры. Ярчайшим примером этого периода стал его собственный дом в Санта-Монике (1977–1979), который своим видом вызывал шок и негодование у соседей.

• «Новая таможня» в Дюссельдорфе (1986–1987). Этот комплекс зданий в медиа-гавани Рейна стал одним из хрестоматийных примеров стиля. Три отдельных строения, каждое со своей пластикой — одно оштукатуренное белое, другое из красного кирпича, а центральное — с зеркальной металлической облицовкой, — создают невероятно динамичный и запоминающийся ансамбль.
• Музей Гуггенхайма в Бильбао (1997). Это здание — апофеоз деконструктивизма. Его формы лишены ясности и завершенности, они напоминают то ли гигантский корабль, то ли груду смятого металла, то ли распускающийся цветок. Серебристые титановые поверхности, блеск стекла и плавные, текучие изгибы линий завораживают. Одновременно они создают ощущение надлома и триумфа разрушительных, а не созидательных сил.
• «Танцующий дом» в Праге (1996). Созданное в соавторстве с хорватским архитектором Владо Милуничем, это офисное здание символизирует танцующую пару. Одна башня, статичная и прямая, олицетворяет мужскую фигуру, а вторая, динамичная и изгибающаяся, — женскую.
• Концертный зал Уолта Диснея в Лос-Анджелесе (2003). Фасад этого здания выполнен из листов нержавеющей стали, которые отражали свет настолько сильно, что плавили асфальт и слепили водителей. В итоге часть панелей пришлось отшлифовать для снижения бликов.

Заха Хадид

Британский архитектор иракского происхождения, Заха Хадид (1950–2016) стала первой женщиной, получившей Притцкеровскую премию. Ее проектам присущи острые углы, ломаные, каллиграфические линии и визуальная легкость. Многие ее творения, прочно стоя на земле, кажутся парящими в воздухе. Одним из шедевров является здание оперного театра в Гуанчжоу (Китай). Этот уникальный объект, лишенный прямых углов, напоминает два гигантских валуна, обточенных рекой.

Даниэль Либескинд

Американский архитектор польского происхождения, Даниэль Либескинд, известен своими проектами авангардных зданий, наполненных глубоким символизмом. Его творчество часто ассоциируется с темами памяти, трагедии и переосмысления истории. Яркий пример — жилой комплекс «Восхождение» в Кентукки, который, будучи построенным из бетона и стекла, напоминает поднимающуюся из земли скалу.

Сверкающие здания из стали и стекла, ломающие все представления о пространстве, стали яркими манифестами этой бунтарской архитектуры.