Коллективная форма собственности: особенности, механизмы и примеры

Коллективная форма собственности

Идея закрепления исключительных прав собственности может служить эффективным решением проблемы избыточного потребления ресурсов в условиях свободного доступа. Однако такие исключительные права могут оформляться в различных формах. Одной из них является коллективная, или общинная, форма собственности, при которой исключительное право на владение и пользование ресурсом принадлежит ограниченному кругу лиц. Такой формат можно охарактеризовать как совместную собственность с ограниченным доступом, где все, кто не входит в определенную группу, автоматически исключаются из числа пользователей.

Ярким примером такого подхода является совместное владение горными пастбищами в Альпах, которые принадлежат всей деревне. В условиях, когда деление этих земель на частные участки было бы экономически нецелесообразным, местные жители выбрали модель коллективной собственности. Благодаря строгим правилам, контролю за использованием земель и совместным вложениям в инфраструктуру (удобрение почвы, борьба с сорной растительностью, строительство и обслуживание дорог), эти пастбища сохраняли плодородие на протяжении многих поколений.

Совместная собственность с ограниченным доступом требует наличия устойчивой институциональной системы, которая помогает регулировать возникающие в этой системе отношения. Одним из важнейших вопросов является исключение посторонних из доступа к ресурсу — для этого необходимо чётко определить рамки собственности и круг лиц, имеющих право пользования. При этом может возникать проблема "зайцев" — лиц, не участвующих в охране ресурса, но пользующихся его благами. Тем не менее, в таких системах совокупные издержки защиты и управления правами собственности, как правило, ниже, чем в условиях индивидуальной собственности. Это объясняется тем, что в рамках коллектива возникают эффекты масштабности: функции охраны и исключения передаются определённым членам группы, специализирующимся на этих задачах.

Ещё одной задачей является регулирование уровня потребления ресурса внутри сообщества. Для этого устанавливаются конкретные нормы и создаются механизмы обеспечения их соблюдения. Важно, чтобы эти правила были признаны всеми участниками и обеспечивались соответствующими санкциями или средствами контроля.

Таким образом, коллективная собственность представляет собой жизнеспособную альтернативу частной модели в условиях, когда эффективность достигается через объединение ресурсов, координацию усилий и соблюдение общих правил. Эта форма владения особенно актуальна в случае ресурсов, чувствительных к чрезмерной нагрузке и требующих коллективной заботы.

Социальные механизмы регулирования доступа к общим ресурсам

Ограничение использования коллективных ресурсов нередко обеспечивается не юридическими нормами, а устойчивыми социальными механизмами — нормами поведения, традициями и табу. Участники сообщества, нарушающие установленные правила доступа и несправедливо уклоняющиеся от участия в распределении затрат на поддержание ресурса, подвергаются санкциям, масштаб которых зависит от тяжести проступка.

Так, в японских деревнях функционирование ирригационных систем требовало значительных коллективных усилий: регулярной очистки каналов от ила и растений, обслуживания дренажей, укрепления сооружений в период паводков и участия в конфликтах с соседними деревнями, связанными с распределением воды. Полностью исключить нарушителей из системы полива было технически невозможно, поскольку вода — неделимый ресурс. Поэтому применялись социальные методы: таких людей фактически исключали из общественной жизни — им отказывали в помощи, не приглашали на важные деревенские мероприятия, обряды и праздники. Исключение не распространялось только на экстренные случаи, такие как пожар или похороны.

Коллективная собственность, несмотря на кажущуюся устойчивость, сталкивается с определёнными проблемами мотивации внутри группы. Когда участник не обладает индивидуальным правом на доход, а система предполагает равное распределение полученной прибыли, возникает склонность к снижению трудового участия — каждый надеется, что остальные компенсируют его вклад. Такая стратегия поведения особенно проявляется у тех, кто не ощущает связи с коллективом.

С другой стороны, если в основе распределения стоит принцип индивидуального вклада — чем больше усилий, тем выше доход, — возникает риск истощения ресурса. В условиях общего доступа это может привести к чрезмерной эксплуатации, когда каждый старается извлечь максимум выгоды, не учитывая долгосрочные последствия. Поэтому жизнеспособность систем коллективной собственности напрямую зависит от баланса между распределением выгод и распределением затрат.

Устойчивыми считаются те модели, где участники воспринимают правила как справедливые. На примере японских ирригационных систем можно видеть, что нормы, согласно которым распределение воды и обязанностей зависит от объема земли, находящейся в собственности крестьян, считаются разумными и приемлемыми. Такое соотношение прав и обязанностей укрепляет доверие и дисциплину внутри сообщества.

Факторы устойчивости и эффективности общинной собственности

Жизнеспособность коллективной формы собственности в значительной степени определяется численностью группы пользователей ресурса и уровнем их социальной сплоченности. Чем выше степень идентификации членов сообщества с самой группой, тем устойчивее механизм коллективного владения. Наилучшие результаты достигаются в небольших и однородных коллективах — например, в пределах одной деревни. В таких условиях общие цели и нормы поведения легче устанавливаются и соблюдаются.

По мере увеличения числа участников и роста разнообразия внутри группы — будь то различия в интересах, ограничениях, целях или доступной информации — стабильность системы коллективного владения начинает снижаться. Это ведёт к её постепенной трансформации в частную либо государственную форму собственности. Исследования американского экономиста Гэри Лайбкэпа, эксперта в области прав собственности, показывают, что на примере прибрежного рыболовства можно наблюдать: при использовании различного оборудования и наличии разного уровня профессиональных навыков у рыбаков, любые попытки внедрить единые правила добычи приводят к конфликтам, поскольку последствия таких правил будут восприниматься по-разному в зависимости от положения участников.

Существуют определённые характеристики групп, которые способствуют устойчивости и эффективному функционированию общинной собственности:

• Участники имеют доступ к достоверной информации о состоянии ресурса, будущих выгодах и связанных с ними издержках, при этом стоимость получения таких данных остаётся низкой.
• Члены сообщества осознают плюсы и минусы сохранения текущей модели собственности и могут оценить последствия возможных изменений.
• В коллективе действуют устоявшиеся нормы взаимной поддержки и доверия, выступающие в роли социального капитала.
• Группа остаётся стабильной на протяжении длительного времени.
• Большинство участников связывают свою жизнь и жизнь своих потомков с данным местом, что снижает их склонность к краткосрочной выгоде.
• Для принятия решений применяются методы, находящиеся между крайностями — единогласным согласием и автократическим управлением. Это помогает избежать чрезмерных издержек на достижение консенсуса и предотвратить потери от исключения членов группы из процесса принятия решений.
• Участники способны разработать эффективную и недорогую систему контроля за соблюдением норм и применения санкций к нарушителям.

Оптимальная численность группы в условиях общинной собственности определяется, прежде всего, двумя аспектами: затратами на защиту ресурса от внешнего посягательства и внутренними издержками управления. Только при достижении баланса между этими факторами коллективная система управления ресурсом может оставаться эффективной и устойчивой в долгосрочной перспективе.

Оптимизация трансакционных издержек и значение размера группы при общинной собственности

В рамках анализа общинных систем управления ресурсами можно выделить два ключевых вида трансакционных издержек:

1. Издержки, связанные с защитой прав собственности от внешних угроз.
2. Издержки, возникающие при достижении договорённостей внутри группы о правилах использования ресурсов и механизмов контроля за их выполнением.

На основе этих компонентов можно рассчитать оптимальный размер группы, при котором средние трансакционные издержки на одного участника достигают минимального уровня. Введем обозначения:

• ATC — средние трансакционные издержки на одного участника.
• A(N) — издержки на координацию, принятие решений и контроль внутри группы; увеличиваются по мере роста численности группы, причём с ускорением.
• D(N) — издержки на защиту ресурсов от внешнего посягательства; уменьшаются с увеличением группы, но темп этого снижения снижается при дальнейшем росте.
• Ί(N) — общие трансакционные издержки на одного члена сообщества.
• N* — оптимальное количество участников, при котором достигается минимум ATC.
• ATC(min) — минимальный уровень средних трансакционных издержек.

Если внешние угрозы предположительно стабильны, то с ростом численности группы происходит снижение затрат на защиту прав благодаря эффекту масштаба. Например, исследования индийских лесных общин показали, что средние по численности сообщества эффективнее предотвращают чрезмерное использование ресурсов, чем малые группы, так как обладают лучшими организационными возможностями в обеспечении охраны леса.

Однако увеличение группы сопровождается ростом управленческих затрат. Координация действий становится сложнее, особенно в вопросах принятия решений и контроля. Экономист Г. Лайбкэп обнаружил, что когда количество участников превышает четырёх человек, коллективное управление нефтяными месторождениями становится крайне затруднительным. В противоположность этому, политолог У. Блумквист описал пример из Калифорнии, где группа численностью до 750 человек смогла договориться о коллективных правах пользования подземными водами. Хотя процесс занял много времени, система работает уже более 50 лет и характеризуется низкими административными издержками.

Если численность равна N₁ (меньше оптимума), то при относительно небольших внутренних издержках группа не может воспользоваться масштабными преимуществами в защите, и средние затраты на охрану остаются высокими. Если же численность группы превышает оптимум и достигает N₂, то управление ресурсами становится крайне затратным, а снижение издержек на защиту уже не компенсирует резкий рост внутренних затрат. Таким образом, наилучшим решением является поддержание численности группы на уровне N*, при котором совокупные трансакционные издержки минимальны.

Исторически, по мнению Дугласа Норта, формирование института общинной собственности около 10 тысяч лет назад стало первой по-настоящему экономической революцией. Изменения были не только в способах хозяйствования — переход от охоты и собирательства к земледелию — но прежде всего в структуре стимулов. В условиях свободного доступа охотничья деятельность приносила всё меньшую отдачу. Оседлая форма ведения хозяйства, требующая долгосрочного контроля за участками земли, стала более привлекательной. Хотя такая система требовала больших затрат на установление и защиту исключительных прав, она обеспечивала более сильные стимулы к производительности.

Коллективная или индивидуальная собственность, предполагающая закреплённые права, способствовала росту эффективности, внедрению технологических новшеств, накоплению знаний и развитию навыков. В условиях неограниченного доступа таких стимулов почти не существовало.