Агиографическое творчество Епифания Премудрого: "Житие Сергия Радонежского"

Создание выдающегося произведения Епифания Премудрого, "Житие Сергия Радонежского", стало результатом значительной подготовительной работы. К 1412 году относится написание "Похвального слова Сергию Радонежскому", приуроченного к освящению деревянного храма Троицы, что происходило в день памяти святого — 25 сентября. К 1414 году Епифаний завершил цикл рассказов о Сергии, включённых в Троицкую летопись и представляющих собой "полусветскую-полуцерковную биографию" героя на фоне общерусской истории XIV века. Само житие святого было завершено к осени 1418 года, незадолго до смерти автора.

Сюжет писания “Житие Сергия Радонежского”

Из "Жития Сергия Радонежского" следует, что Епифаний более 20 лет собирал материалы о святом. Агиограф откровенно признает, как сложно ему было

Сергиево все по ряду житие исписати

и как много времени он ждал того, кто мог бы "поучить и вразумить" его своим примером. Он периодически впадал в отчаяние, не находя нужных слов, схожих с житием святого. Традиционный для агиографов мотив самоуничижения у Епифания преобразуется в тонкий психологический анализ процесса творчества. Следуя советам "премудрых старцев" и надеясь на помощь Бога, Епифаний "дерзнул" написать, чтобы сохранить память о Сергии:

Аще ли будет писано, и сие нѣкто слышавъ, поревнует въслѣд житиа его ходити и от сего приимет плъзу.

Епифаний подчеркивает, что Сергий обрел великий нравственный авторитет, находясь в "месте пустынном" среди дикой природы и трудов: он

своима рукама лѣсъ сѣщи

и

церквицу малу срубиста.

Став игуменом монастыря, Сергий взял на себя тяжкий труд хозяйственных забот и на собственном примере воспитывал в монахах радость от "телесного труда". Епифаний проявил умение уловить связь между поступками человека и его духовной сущностью, наделяя агиографический штамп реальным жизненным содержанием. Поэтому, прежде чем прославить духовное величие святого, он подробно описывает, как Сергий шел к своему совершенству.

В "Житии Сергия Радонежского" Епифаний восстанавливает ключевые моменты жизни героем:

• Сергий родился в 1322 году, принял постриг в 1342, а скончался в 1392.
• Он произошёл из рода боярина Кирилла.
• Переезд в Радонеж стал актуален в результате экономических трудностей, возникших в период правления Ивана Калиты.
• В древней хронике говорится, что Варфоломей был назван в честь апостола, а позже, получив постриг, принял имя Сергия.

Интересно, что рождение такого человека рассматривалось в контексте русской и мировой истории, что подчеркивается ссылками на известных тогда правителей и религиозных деятелей.

Духовная преемственность Епифания и Сергия

Учёные расценивают произведение Епифания как

яркое историческое свидетельство эпохи

и

шедевр житийной документалистики.

Достоверности изображаемого способствует то, что Епифаний был современником Сергия, и их связывали духовные узы. Житие основывается как на личных воспоминаниях автора, так и на свидетельствах "самовидцев" подвига святого, знавших его "как былъ, откуда бѣ, и как пострижеся".

Епифаний показывает детство Сергия, подчеркивая его инаковость — мальчик отказывался от молока, если мать не соблюдала пост, и часто предпочитал молитвы обществу других детей. Будучи слабым в учёбе, он страдал от критики, но его дар "книжного учения" ниспослан был небесами. Так, Епифаний противопоставляет внешнюю образованность духовной мудрости.

Епифаний считает народное единство залогом возрождения русской государственности, начиная с семьи. В отличие от "Жития Феодосия Печерского", в "Житии Сергия Радонежского" ослаблен конфликт между "кровным" и "духовным". Сергий остаётся рядом с родителями до их ухода в монастырь, что подчеркивает его преданность семье.

Преподобный Сергий, провёл два года в уединении, сражаясь с бесами. Однажды дьявол в образе воинствовал против него, но Сергий "въоружашеся молитвою". Епифаний описывает трогательную дружбу святого с медведем, показывая как Сергий терпел трудности, преодолевая "бесчинства" и "звериные" нападения.

После сбора братства вокруг него Сергий подает всем пример, выполняя тяжёлую работу и показывая, что игуменство — это не только управление монастырём, но и служение общине. Епифаний тщательно изображает духовную преемственность, указывая не только на знаменитых предшественников Сергия, но и на "малых мнихов".

Несмотря на традиционную панегирическую стилистику, портрет Сергия раскрывает реальные черты личности, такие как сила, выносливость и отсутствие крайностей в аскетизме. Сергию были присущи "удивительная трезвость ума" и "тонкое понимание границ". Работая над образом Сергия, Епифаний стремится подчеркнуть значимость как физического, так и нравственного здоровья своего героя.

Сергий Радонежский, как рачительный игумен, понимал, что благополучие монастыря зависит от труда каждого члена братии. Он мудро "устраивает" обязанности монахов: одного назначает келарем, другого отправляет в поварню, третьего назначает на "немощное служение" и так далее. Сам же Сергий трудится в скромной одежде, выглядя так, что посетителям трудно распознать в нем прославленного старца. В монастыре всегда кипела работа: строились кельи, трапезные, хранилища, писались иконы и книги. От результатов труда братии зависело не только материальное благосостояние обители, но и ее благотворительность:

служащей въ обители святого с радостию всѣм подающе изъобилно,

стремясь следовать примеру игумена, которого рука

всегда была простерта къ требующим.

Благодаря деятельности Сергия, ранее пустынные земли Радонежья стали заселяться людьми. Агиограф подчеркивает это, используя слова, обозначающие множество:

И множество людей всхотѣвше, начаша сѣщи лѣсы…

Сергий служит примером труда, поста, молитвы и смирения, проявляя заботу о братьях, обходит кельи по ночам, поощряя тех, кто молится, и указывая на монашеские обязанности тем, кто ведёт праздные беседы.

Образ святого в житии, созданном Епифанием, гармоничен и светел, как изображения ангелов на иконах. Игумен показывает строгость к виноватым не с яростью, а с кротостью. Сильный бытописательный элемент открывает читателю повседневные заботы и проблемы монастырской жизни. Епифаний не скрывает, как трудно было Сергию принять управление обителью, когда братья угрожали ему покинуть монастырь в случае отказа. Трудности усиливались нехваткой пищи, и братия порой готова была роптать на святого, но благодаря его молитвам происходили чудеса:

множьство брашенъ.

В "смутное время", когда брат Стефан восстал против "Сергиева старейшиньства", Сергий покинул обитель, доверившись Богу. В пустыне на Киржаче он основал новый монастырь. Возвращение в Троицкий монастырь произошло после молитв монахов и митрополита, который пообещал устранить тех, кто создавал проблемы, и вновь братия объединилась в любви к своему игумену, встретив его с радостными объятиями.

Художественные приемы произведения

Житие Сергия изобилует чудесами, каждое из которых становится всё более впечатляющим в последующих редакциях. Это и трёхкратное воскрешение ребенка, исцеление больного, и наказание лихоимца. При пострижении Сергия вся церковь наполняется благоуханием, а после его смерти лицо его "свѣгляашеся, яко снѣг". Сакральные моменты общения Сергия с небесным миром нарастают по мере его духовного мужания, достигая апогея в видении Богородицы, которая обещает покровительство обители.

Епифаний изображает Сергия на фоне исторических событий своего времени как защитника централизации русских земель вокруг Москвы, вдохновляя Дмитрия Донского на Куликовскую битву. Сергий благословляет князя и его сыновей, агиограф подчеркивает его духовную связь с великокняжеской семьей, хотя для него важнее быть молитвенником за свою землю, чем политиком.

В образе Сергия виден воспитатель многих русских игуменов и основателей монастырей. Их количество, согласно исследованиям, составляет около половины всех монастырей, созданных в XIV-XV веках. Троицкий монастырь стал центром духовной жизни и подготовки церковных иерархов, что помогло в создании крепкой государственной структуры, и, благодаря трудам учеников Сергия, усовершенствовались правила монашеского общежития.

Епифаний мастерски показывает внутренний рост Сергия, переходя от личных желаний к общественным интересам. Обладая учительским даром, он долго не соглашался стать игуменом, предпочитая пустынную жизнь, и вводил общежительный устав в своей обители. Его жизнь, "пестрая" и "текучая", ставит перед ним всё новые задачи, и остаётся неизменным желание объединить людей в братской любви и бескорыстии.

"Житие Сергия Радонежского" является произведением зрелого агиографа, который гармонично сочетает стиль и содержание. Тон повествования ровный, эмоционально насыщенный, когда он воспевает святого. Епифаний, используя приёмы амплификации, описывает духовное совершенство Сергия, сравнивая его с "земным ангелом" и "небесным человеком". Словарь Епифания, насыщенный словами из корней "слав", "див", и "чюд", не мешает динамике рассказа и внимает важным аспектам монастырской жизни.

Литературная история памятника

Мощи святого Сергия Радонежского были обретены нетленными в 1422 году, а в 1452 году он был канонизирован. Несмотря на долгое изучение данного памятника и исключительность личности святого, а также талант его биографа, продолжают вызывать споры количество редакций "Жития Сергия Радонежского" и возможность выделения текста, созданного Епифанием Премудрым. Исследования более 400 списков позволили Б. М. Клоссу проследить литературную историю памятника и подготовить публикацию ключевых редакций жития. В результате своего анализа учёный сделал вывод, что 

литературное слово Епифания возвысило Троицкий монастырь до высот общерусской известности.

Следующий этап в литературной истории "Жития Сергия Радонежского" связан с Пахомием Логофетом, сербом, который провёл большую часть своей жизни на Руси, после чего стал профессиональным писателем-агиографом. Он жил в Троицком монастыре с 1438 года до конца 1450-х годов и создал пять или шесть редакций жития, наиболее полной из которых является третья редакция, появившаяся примерно в 1442 году. В отличие от произведения Епифания, редакция Пахомия включает рассказы об обретении мощей Сергия, строительстве каменного Троицкого собора и чудесах, произошедших после его смерти. В ней также упоминается Никон Радонежский как преемник Сергия, хотя фактически после кончины преподобного на посту игумена братии находился Савва Сторожевский в течение шести лет. Стиль жития изменился, освободившись от подробностей биографии и излишней "плетки словес". По мнению В. О. Ключевского, Пахомий уступал Епифанию в таланте, но его стиль стал образцовым для русской агиографии.

"Житие Сергия Радонежского" продолжало подвергаться переделкам и в будущем. В 1640-х годах текст редактировал келарь Троице-Сергиева монастыря Симон Азарьин. Это произведение имело значительное влияние на древнерусскую литературу; в XVI веке оно вошло в состав Великих миней четиих митрополита Макария, "Степенную книгу" и ряд летописных сводов. На границе XVII–XVIII веков его включил в собрание житий святых Димитрий Ростовский.

Сергий Радонежский на протяжении веков оставался важной фигурой в литературе, посвященной эпохе Куликовской битвы. Русские художники не раз обращались к его жизненной истории в поисках нравственного идеала. Например, картину М. В. Нестерова "Видение отроку Варфоломею" (1889–1890 гг.) можно считать своеобразной иллюстрацией детства будущего святого. Образы, посвящённые Сергий, изображены также на картинах И. С. Глазунова из циклов "Русь" и "Поле Куликово". В. О. Ключевский справедливо замечал, что Сергий Радонежский стал народным идеалом, лицом, чьи дела из исторического факта стали моральным заветом для будущих поколений.