Леонид Леонов “Пирамида”: последний роман автора

История создания романа “Пирамида”

Роман Л. М. Леонова "Пирамида", созданный в начале 1940-х и завершенный в 1994 году, нередко называют "последним русским романом". Он был опубликован незадолго до его смерти и стало попыткой преодолеть раскол бытия, который привел к трагическим событиям в России XX века. В этом произведении автор отражает русский способ осмысления форм существования мира и человека, который, возможно, утратился и стал недоступен новым писателям, не обладающим глубиной мышления и творческим размахом.

При этом вспоминается заказ Максима Горького художнику Павлу Корину на создание монументальной картины "Русь уходящая". Это полотно так и осталось незавершенным, однако Леонов, словно исполняя этот замысел, создал "Русь уходящую" в словах, представив ее в своем финальном романе "Пирамида" на самых глубоких уровнях.

Парадоксально, что название русского интеллектуального романа отсылает к древним культурам и несет в себе "инакость" (вводя в сравнение с "русским лесом"). Этот мощный зрительный образ, заключенный в название, требует расшифровки. Нельзя предположить, что Леонов, выбирая название "Пирамида", использовал лишь его прямой смысл, не скрывая за ним какого-либо кода, обращенного к заинтересованному читателю.

Рассматривая "смысловой пучок" (термин О. М. Фрейденберг), проявляются образы древних пирамид из разных уголков мира — математические, метафизические и мистические.

Философский смысл понятия “пирамида Света” в романе

Смысл "пирамиды Света" как модели мироздания и его духовной эволюции направляет размышления Леонова о философском и религиозном значении человеческой жизни, иллюстрируя отпадение от Бога и небесных высот. Падение начинается с ангелов света и переходит к людям, подчеркивая посредством "пирамиды Света" идеи Николая Кузанского, П. А. Флоренского и Тейяра де Шардена.

В своих работах Кузанский говорит о "предположениях", где рекомендует каждому из нас свести все исследуемое к фигуре пирамиды. Здесь следует отметить, что 

Пирамидальная форма звучит как монолитная, объединяет в себе земное и небесное, высшую и низшую природу.

Графическая концепция "пирамиды Света" у Кузанского помогает визуально представить единство человеческой природы с высшей реальностью, акцентируя внимание на эволюционном пути от низшего к высшему, от тьмы к свету, и наоборот. П. А. Флоренский утверждает, что душа, стремящаяся к высоте, неизбежно сталкивается с низменным существованием.

В финале романа "Пирамида", соединение земной (образ Дуни Лоскутовой) и небесной (ангел Дымков) пирамид помогает осознать их единство, воплощая "пирамиду Света". По мере развития сюжета Дуня, олицетворяющая земное, и Дымков, представленный как небесное начало, образуют уникальное единство.

В самом начале этого повествования Дуня становится свидетелем явления ангела, что задает тему "пирамиды Света".

Леонов создает небесную пирамиду в земных отражениях и искажениях, представив Дуня как высокодуховное существо с уникальными способностями видеть не только физическую реальность, но и преломления высшего порядка. В отличие от неё, небесный ангел Дымков теряет свою божественную суть, опускаясь до земных, профанных форм.

Символическое единство Дуни и Дымкова не становится общепринятой памятью, но через искусство сохраняется в вечной памяти, становясь частью преодоления внутреннего разлада и раскола бытия.

Грани “Пирамиды” как художественная особенность романа

Одной из граней конструкции "пирамиды Света" Леонова является изображение частной жизни людей. Персонажи романа, будь то главные герои, второстепенные лица, эпизодические или виртуальные, вступают в бесконечные диалоги — в доме, учреждении, тюрьме, на кладбище и автотрассе, под открытым небом и в подполье. Леонов не сосредотачивается на длительных взлетах или падениях своих персонажей, он акцентирует внимание на ключевых моментах их жизни, когда им необходимо меняться и искать новые ориентиры.

Действительно, после встреч и глубоких разговоров меняются не только направления их жизни (вверх или вниз), но и внутреннее состояние, восприятие мира (как это видно на примерах Шамина и Шатаницкого). При этом часто присутствует ощущение некого третьего, который влияет на собеседников через бессознательное — это может проявляться как ясность или слепота, память или амнезия.

Леонов передает это через точно подобранные художественные детали. Например, Дымков часто смотрит мимо беседующего с ним человека, словно призывает невидимого свидетеля разговора (согласно мнению, диалог с другим предполагает диалог с Богом). Он делает это без усилий, лишь поднимая глаза, и в подтекстовом пространстве романа можно уловить мысль автора: каждый способен лишь поднять взгляд и найти в себе Свет. Но герои нового времени, созданные Леоновым, все же предпочитают материальные чудеса — горы, курганы, пирамиды и величественные здания, для которых нужно преодолеть физическое расстояние и застыть перед их мощью.

Так старший брат Дуни, Вадим Лоскутов, решает возвести грандиозный памятник, став строителем земной пирамиды. Однако в их масштабных сооружениях не закладывается идея "пирамиды Света" — восстановления духовной связи человечества с небом. Он не может сосредоточиться на "углубленном созерцании человеческой пирамиды", как он описывал в своих набросках; у него затекает шея, и он не видит всей конструкции в целом. Вспомним тоже о том, как последние люди, обитающие в катакомбах, вынуждены были запрокидывать головы, что в конечном итоге сделало их неспособными смотреть прямо.

Леонов подчеркивает, что люди нашего падшего мира слишком подвержены идеологическим пристрастиям и политическим конфликтам, в которых каждый стремится выступить за свою правду. Идеологические сообщества стремятся свести небесный рай на землю по своим программам — чем бы это ни обернулось. Вадим Лоскутов, создавая свои теоретические работы, мечтал построить символ всеобщего блага, но его мысли о возможном соединении заканчивались картинами братского противостояния, где символом этого противоборства стали детали распавшейся пирамиды.

Не менее интересны одиночные созидатели "пирамиды Света". Например, священник Матвей Лоскутов строил духовную пирамиду для всех, надеясь, что она достигнет небес. Однако священник Аблаев, попавший под власть Шатаницкого, стал жертвой духовной слабости и забвения. 1930-е годы стали временем, когда дискуссии о Боге исчезли — страна была поглощена борьбой с Ним. В то время как Шатаницкий с его свитой утверждался в административных и научных учреждениях, манипулируя массовым сознанием и изоляцией заблудших душ, не позволяя им вспомнить его истинное имя.

Подмены в сознании Леонова выражаются через изменение идей, масок и сущностей. Доносчик Капитан обрел гротескное имя "На-уходоносор", провокатор Гаврилов выглядит иначе, а Юлия Казаринова из свиты Шатаницкого мечтает стать прародительницей ангелоидов.

Слово автора в этом романе становится животворящей силой, способной преодолеть абсурд и распад. Как и Тейяр де Шарден, Леонов понимал, что "что-то в космосе ускользает от энтропии", обретая свет травы, цветка или солнца, позволяя нам увидеть свет и милосердие.

Художник Василий Кандинский считал треугольник универсальной формой для изображения духовной жизни: 

Чем ближе к вершине, тем больше 

— говорит он. Леонов, черпая силу из мировой культуры, создал произведение монументального стиля, которое, хотя и не завоевало массового читателя, пересекло границы времени и вошло в вечность. Читатель должен найти путь к диалогу с ним, иначе он рискует попасть в ловушку абсурда.

Таким образом, "пирамида Света" Леонова, соединяя земное и небесное, указывает на возможность изменения, преодоления и движения к Свету, даже в глубинах тьмы.