Онагр, баллиста и катапульта: орудия Древней Греции

Задолго до появления пороха армии умели разрушать крепости и осыпать врага снарядами на сотни метров. Секрет крылся не в химии, а в механике: скрученные жилы, тяжёлый противовес и точно рассчитанный рычаг превращали дерево и верёвку в грозную осадную технику. Ниже разберём, как древние инженеры делили эти машины по источнику силы и чем различались три ключевых орудия — онагр, баллиста и катапульта.

Как классифицировали осадные машины?

Проще всего разбить метательную технику по тому, откуда берётся сила выстрела. Если не считать сифонофора, выделяются три подхода.

Первый работает по принципу лука: гибкое плечо разгибается и толкает снаряд вперёд. Для ручного и лёгкого стационарного оружия это отличное решение, но стоит увеличить размеры, и подобрать удачные параметры лука становится почти невозможно.

Второй способ — торсионный, и именно он оказался самым удачным. Здесь между натянутыми воловьими жилами или канатами закрепляли рычаг. Его вращали до нужной силы натяжения, а когда рычаг опускали, энергия скрученных волокон резко посылала снаряд. Такие машины были легче остальных, но при этом сложнее устроены и куда возможнее в бою.

Третий вариант — гравитационный. Снаряд разгоняет опускающийся противовес, то есть обычная сила тяжести. Подобные конструкции годятся только для самых крупных машин.

Если перечислять конкретные виды, список выходит внушительным: луки и арбалеты, катапульты и баллисты, требюше и робине, онагры и калабры, а также сифонофоры. Разобраться в этой номенклатуре мешает ещё одно обстоятельство.

Баллиста: точность и дальний бой

Баллиста действовала во многом как арбалет — метала стрелы или камни. Специальный механизм натягивал тетиву, та изгибала плечи орудия, а при их распрямлении снаряд летел вперёд. Само слово в переводе с греческого значит «швырять», «метать».

С названиями связана любопытная неразбериха. До IV века до н. э. баллистой звали катапульту, а катапультой — баллисту. В какой-то момент термины поменялись местами, чем изрядно осложнили жизнь позднейшим историкам.

Как серьёзная осадная машина баллиста утвердилась при Филиппе II Македонском. А его сын, Александр Великий, держал при войске целую группу инженеров, которые проектировали и строили метательную технику под каждую военную кампанию.

Главным козырем баллисты была точность: опытные расчёты клали ядра прямо в цель. Некоторые машины умели работать в двух режимах — прицельном и дальнобойном, причём в последнем снаряд улетал на добрые 500 метров. Мощность выстрела уступала катапульте, зато траектория выходила сравнительно пологой, и стрела могла угодить точно в крепостные ворота.

Онагр: рычаг, праща и «дикий осёл»

Онагр считался отдельным видом орудия, хотя формально подходил под категорию баллисты. Разница была в устройстве: двухплечевая баллиста гнала камни по направляющему жёлобу, а онагр использовал рычаг с массивной пращой на конце.

Размеры машины напрямую зависели от боеприпаса, а вес камней колебался в огромном диапазоне — от одного килограмма до полутора сотен.

Онагры выигрывали за счёт простоты и надёжности конструкции и заслуженно считались самыми крупными римскими «пушками». Интересна и этимология названия: «онагр» переводится как «дикий осёл». Насчёт происхождения этого имени спорят до сих пор, и версий обычно приводят три:

• осёл, отбиваясь от хищников, швыряет в них камни задними копытами;
• рычаг машины взлетает вверх, словно нога лягающегося животного;
• устройство при работе издавало скрип, похожий на ослиный крик.

Наиболее правдоподобной считают третью версию.

В открытых полевых сражениях гигантские онагры почти не применяли. Прицелиться из них было трудно, а темп стрельбы оставался низким — динамика боя попросту не оставляла времени на перезарядку.

Катапульта: бронебойная сила греческих инженеров

Катапульту разработали древнегреческие мастера, и это было уже более совершенное оружие. Её снаряд нередко нёс кованый наконечник в форме острой пирамиды, предназначенный прежде всего для пробивания брони. Увы, чертежи множества греческих катапульт безвозвратно погибли в войнах и катаклизмах, поэтому судим мы о них лишь по византийским копиям рукописей, рельефам на колоннах и стенах храмов да отдельным металлическим деталям, найденным археологами.

Устройство было продуманным. К оси крепился большой рычаг; его свободный конец оснащали «ложкой» или подвешенной на верёвках «корзинкой», куда закладывали камень или специальное ядро. В основе работы лежал торсионный метод: ось с рычагом связывали с пучками жил и закручивали до предела. Когда ворот тянул рычаг вниз, волокна натягивались ещё сильнее, а стоило его отпустить — снаряд уносился к цели.

Точность была умеренной, зато забросить ядро за стену не составляло труда. Обычный снаряд весил 20–40 кг, а порой достигал 50–60 кг. Дальнобойность держалась в пределах 300–350 метров — дальше, чем стрела английского лука или болт генуэзского арбалета, выпущенные с высоты замковой стены. Именно поэтому в Средние века катапульта постепенно вытеснила баллисту: её дистанция была одновременно и предельной, и прицельной.

Была у катапульты и практическая гибкость. Её можно было собрать прямо на месте из растущих поблизости деревьев, хотя римляне предпочитали возить машины с собой как тяжёлую артиллерию. Если баллистой били по целям помельче — проломить серьёзную стену ей было не под силу, — то катапульту нацеливали именно на стены и башни. На крепостных укреплениях её нередко ставили против осадных башен, ведь лучшего средства тогда не существовало.

Использовал катапульты и греческий флот, но главным образом для метания греческого огня, а не ядер. Правда, эффективность на воде была невысокой: медленно взводимое и неповоротливое орудие с трудом попадало по вёрткому кораблю. Да и обращаться с катапультой умели далеко не все — стрельба из неё требовала подготовленных специалистов.

Если свести всё воедино, три орудия отражают три инженерные идеи. Баллиста, поднятая на щит при Филиппе II и усовершенствованная инженерами Александра, брала точностью и дальностью до 500 метров при пологой траектории. Онагр — «дикий осёл» с рычагом и пращой — был прост, надёжен и способен швырять камни от одного до полутора сотен килограммов, но плохо годился для полевого боя. Катапульта же, детище греческих мастеров, соединила торсионную силу с бронебойным снарядом, добивала на 300–350 метров, крушила стены и башни и даже выходила в море с греческим огнём. Вместе они показывают, как далеко продвинулась военная механика задолго до эпохи пороха.