Культура псковских длинных курганов: что рассказывают вытянутые насыпи Северо-Запада

Что рассказывают вытянутые насыпи Северо-Запада

Стоит присмотреться к невысоким земляным валам, растянувшимся вдоль рек и озёр Северо-Запада, — и перед вами открывается целая эпоха. Эти насыпи хранят память о людях, которые пришли на новые земли, расчищали лес под пашню и по-своему провожали умерших. Ниже разберём, что такое культура псковских длинных курганов, как её изучали больше полутора веков, чем интересны сами курганы, чем жили их создатели и какой след они оставили в истории Новгорода и Пскова.

Как эту культуру открывали и переоткрывали?

Интерес к вытянутым насыпям пробудился ещё в середине XIX века, и с тех пор наука не раз меняла взгляд на них. Первым к вопросу датировки и этнической принадлежности подступил историк и археолог А. А. Спицын: именно он предположил, что погребальные насыпи оставили кривичи.

В 1930-е годы эстафету принял Н. Н. Чернягин. Он поддержал версию о кривичах и отнёс находки к VI–IX векам. По-настоящему широкий размах исследования получили уже после Великой Отечественной войны, когда археологи взялись за поселенческие памятники культуры и сопоставили длинные курганы Пскова, Смоленска и Полоцка — этим занимались В. В. Седов и Е. А. Шмидт.

К последней трети XX века сложились два противоборствующих лагеря. Одни исследователи — И. И. Ляпушкин, В. В. Седов, Е. Н. Носов — видели в насыпях памятники славянского либо славяно-балтского населения. Другие — С. Лаул и Г. С. Лебедев — настаивали на «чудской», то есть прибалтийско-финской, принадлежности древностей.

Отдельного упоминания заслуживает монография В. В. Седова 1974 года. В ней учёный доказывал, что культура выросла из встречных миграционных потоков — славянских и балтских, — и предложил разделять её на два варианта: собственно псковские длинные курганы и смоленско-полоцкие. А на рубеже XX и XXI веков исследователи вновь вернулись к спорам о хронологических рамках, уточняя, когда именно эта культура появилась и когда сошла со сцены.

Чем устроены сами длинные курганы?

Главная примета культуры — те самые насыпи, что дали ей название. Это невысокие валообразные сооружения из земли, и разброс их длины поражает: от скромных 10–12 метров до внушительных сотни. Обычно длинные курганы соседствовали в могильниках с округлыми в плане насыпями, образуя единые погребальные поля.

Внутри одного такого кургана могли покоиться несколько десятков умерших. Обряд был единым — тела предавали огню, а прах помещали в насыпь. Часть останков укладывали в небольшие ямки у основания, другие захоронения располагались прямо на поверхности кургана.

Строили насыпи из того, что было под рукой, — из песка или суглинка. Грунт брали рядом, и после его выемки вокруг оставались ровики шириной от полутора до пяти с 

Любопытно, что насыпи возводили по-разному: одни вырастали разом, другие досыпали постепенно, добавляя новые захоронения. А вот камень в дело почти не шёл — лишь в единичных курганах встречаются каменные выкладки.

Чем жили создатели курганов?

Погребальные обряды многое говорят о вере, но повседневность людей раскрывает их хозяйство. Судя по картографированию памятников на почвенной карте Новгородско-Псковской земли, переселенцы из Средней Европы селились с умом. В первую очередь они занимали участки с дерново-подзолистыми — слабо- и среднеподзолистыми — а также с дерново-карбонатными и перегнойно-карбонатными почвами, то есть выбирали земли, наиболее подходящие для пашни.

Но у выбора была и обратная сторона. Прежде чем сеять, участки требовалось освободить от леса, а нужных орудий у новосёлов не хватало. Не было и тягловых животных, без которых тяжёлую землю не поднять. Выход нашёлся в подсечно-огневом земледелии: на время оно стало основным способом готовить почву под посев — лес выжигали, а зола удобряла освободившийся клочок.

Одним земледелием сыт не будешь, поэтому люди активно пользовались богатствами края. Они охотились, ловили рыбу и занимались лесными промыслами, добирая всё, чего не могло дать молодое хозяйство.

Какой след оставила эта культура?

История культуры псковских длинных курганов не оборвалась вместе с обрядом кремации. Она заметно повлияла на культуру новгородских сопок VIII–X веков, а та, в свою очередь, легла в основу древнерусской культуры Новгорода и Пскова. Получается, что вытянутые насыпи Северо-Запада — не тупиковая ветвь, а одно из звеньев в длинной цепи, ведущей к формированию древнерусских земель.

Если собрать всё воедино, складывается цельная картина. Раннесредневековая культура V–XII веков, названная по удлинённым насыпам и связанная прежде всего с кривичами, полтора века остаётся предметом споров — от Спицына и Чернягина до Седова и М. Аун, от версий о славянах и балтах до «чудской» гипотезы. Её курганы длиной от десятка до сотни метров, с кремациями, ритуальными кострами в ровиках и выжженными площадками, рассказывают о вере переселенцев, а выбор плодородных почв и подсечно-огневое земледелие — об их упорном освоении сурового края. И, передав многое культуре новгородских сопок, эти люди косвенно приложили руку к рождению Новгорода и Пскова.